Себастьян Феттель: «Гонка в Бразилии оказалась самой трудной в карьере» Себастьян Феттель: «Гонка в Бразилии оказалась самой трудной в карьере»

– Удалось ли уже понять, чего вы достигнули?

– Нет. Пока не было времени, которое я мог бы провести наедине с самим собой. В такие моменты очень трудно подобрать нужные слова, в особенности после таковой гонки, как сейчас – все, что могло пойти не так, и конкретно так и пошло. Но заместо того чтоб злиться либо расстраиваться, мы всегда продолжали веровать в фуррор. Только представьте, что мы ощущали, когда все пошло не так в четвертом повороте: на меня ехало огромное количество машин, они все находились на моей линии движения, потому я постарался спустить болид с горки и ехал вспять, чтоб избежать столкновения.

Машина была серьезно повреждена, и в сухих критериях я был недостаточно резв – не хватало скорости в конце прямых, из-за чего конкурентам было проще меня обгонять, а мне, соответственно, было труднее опережать их. Позже мы лишились радиосвязи, не впору провели пит-стоп – перебежали на слики, когда начался дождик, – потом на пит-стопе не был готов набор промежной резины – ведь у меня не работало радио, – а потом на нас обвалился дождик.

Во мне до сего времени бурлит адреналин – гонка оказалась неописуемой

К счастью, в дождик мы были резвы – в таких критериях можно восполнить нехватку скорости болида за счет того, что выбираешь другие линии движения, делаешь что-то хорошее от того, что делают конкуренты. В конечном итоге удалось доковылять до финиша за машиной безопасности, но я не знал, смог ли достигнуть положительного результата. Я знал, что за несколько кругов до трагедии Хюлькенберга и Хэмилтона все было в порядке. Я также знал, что Алонсо ехал за ними, а позже, когда увидел трагедию, больше уже ничего не знал. После я услышал неописуемые анонсы, но не мог ответить команде из-за сломанного радио.

Во мне до сего времени бурлит адреналин – гонка оказалась неописуемой. Для нас она выдалась очень сложной, беря во внимание все происшествия: повреждение болида, утрату радио в критериях, когда переговоры с командой имеют критичное значение, очень ранешний пит-стоп и неготовый набор резины. Вы, ребята, получили шоу, а мы сражались до самого конца.

– Вы стали самым юным трехкратным фаворитом мира. Что вам означает данный факт?

– Трудно подобрать нужные слова. Кажется, подобного ранее удалось достигнуть только двум парням. Полностью разумеется, что для заслуги такового результата принципиально оказаться в необходимое время в подходящем месте. Но я также верю в то, что каждый сам вершит свою судьбу и добивается поставленной цели. Я думаю, что одной из самых восхитительных вещей в «Формуле-1» будет то, что ты можешь ассоциировать свое время, свою эру, с тем, что происходило 10-20-30-40 годов назад.

Времена изменяются, но так будет всегда, так как так все и устроено. Если поглядеть на то, что происходит в мире, на то, как изменяются времена…если честно, я просто не знаю, что сказать.

Мы – в Сан-Паулу, где родился, вырос и похоронен Айртон Сенна. Приехать сюда и выиграть 3-ий чемпионский титул – я не знаю, что сказать.

Я желал бы поблагодарить каждого человека, работающего в нашей команде – вам это может прозвучать как стандартная фраза, и иногда нас критикуют за то, что мы отделываемся от журналистов стандартным набором фраз, но я чувствую себя частью команды. Я не чувствую, что играю более важную либо наименее важную роль из-за того, что пилотирую болид. Сейчас мы достигнули того, к чему стремились и над достижением чего работали с того времени, как я присоединился к команде. В течение года мы сделали большой объем работы.

Завтра сезон завершится, но ребята сосредоточатся на болиде RB9 для будущего года. Способности передохнуть нет – и мне очень очень подфартило, что я нахожусь в более удачном положении, – мужчины, вы могли бы не заниматься этой работой, но все таки занимаетесь ей: не из-за заработной платы по итогам месяца, а так как любите автоспорт, любите «Формулу-1».

Ребята спрашивали меня, переживаю ли я? Я ответил, что естественно переживаю, по другому что я вообщем тут делаю?

Вчера ребята спрашивали меня, переживаю ли я? Я ответил, что естественно переживаю, по другому что я вообщем тут делаю? Я всегда волнуюсь, но мы всегда готовы, когда меркнут стартовые огни, мы готовы ко всему, и вот поэтому я здесь. Сейчас было огромное количество моментов, когда необходимо было действовать, по другому все бы пошло не так.

Мы действовали всегда, мы весь год оставались собой – даже когда кто-то делал такие вещи, которые мы даже никогда не рассматривали – это не в нашем духе, и мы никогда не комментируем деяния других – мы всегда желали быть уверенными в том, что верно исполняем свою работу.

Мы побеждали в сезоне-2010, в сезоне-2011, и в нашей команде есть очень умный человек, который гласил мне, что труднее всего побеждать после того, как ты уже достигнул фуррора. К для тебя приковано особенное внимание, на тебя оказывается колоссальное давление, ты фокусируешься лишь на том, чтоб одолеть, а не на том, чтоб равномерно двигаться вперед. Вот почему я стараюсь припоминать для себя: прошел очередной денек и еще одна гонка, удостоверься, что доволен, тогда и все здорово.

– Что за инцидент произошел на первом круге?

– Старт вышел достаточно неплохим, я был доволен, но потом незначительно ранее, чем необходимо, активировал KERS, и не выключал его прямо до первого поворота, в который мы вошли плечо о плечо с Марком Уэббером. Он начал выжимать меня с линии движения, так что угол входа в поворот становился все ужаснее и ужаснее. Если ты упрям и стремишься совершенно попасть на апекс, то все может окончиться плохо и ты лишишься фронтального антикрыла.

Мне пришлось отойти, переключиться на первую передачу, и все пилоты вокруг, находившиеся на наружной линии движения, пользовались моментом, в итоге чего я пропустил их вперед. Потом мой болид в один момент получил удар в четвертом повороте – я думаю, что Бруно Сенна в тот момент, возможно, боролся с кем-нибудь за позицию. Дождик моросил с самого начала установочного круга, трасса была скользкой, и Бруно, может быть, об этом запамятовал. Ситуация была таковой же, как в первом повороте – о чем я уже гласил – угол входа в поворот быстро сужался и Бруно пользовался моей машиной в качестве тормоза, что, естественно, не особо нам посодействовало.

– Считаете ли вы, что этот титул достался для вас труднее всего, и если да, то стал ли он из-за этого самым ценным?

– Думаю, что об этом тяжело судить, так как в конечном итоге ты всегда сравниваешь прошлые заслуги с теми, которых достигнул только-только. Все же, сезон оказался очень сложным – как на трассе, так и за ее пределами. Сезон со взлетами и падениями для всех, но, как я уже упоминал ранее, мы всегда оставались собой, держались избранного нами пути, и в конечном итоге конкретно это и предназначило финал борьбы.

На мой взор, необходимо ликовать тому, что видишь в зеркале, не притворяться кем-то другим, ведь если ты обманываешь, то обманываешь себя.

Как и все, я допускал ошибки, но меня воспитали признаваться, если ты делаешь что-то не так

Было тяжело, так как люди пробовали сделать все вероятное и неосуществимое, чтоб обогнать нас. На нас навалилось огромное количество вопросов, которые нужно было решить по ходу сезона – важнее всего было оставаться самими собой, и конкретно это все обусловило.

Я не безупречный. Как и все, я допускал ошибки, но меня воспитали признаваться, если ты делаешь что-то не так. В 3-ем секторе квалификации я очень очень штурмовал и переступил черту – вышло далековато не совершенно, но мне не тяжело в этом признаться. Меня так воспитали, и я считаю, что по этой причине в конечном итоге мы достигнули фуррора.

– Последующая цель – выиграть чемпионский титул с другой командой?

– На данный момент я желаю насладиться фуррором. Я постарался разъяснить для вас, что для всей команды важнее всего достижение, которого мы достигнули на этот момент. Я не желаю увлекаться, рассуждая о том, что будет в последующем сезоне либо в нескольких последующих сезонах. Я желаю отлично провести время сейчас, поглядим, сколько будет продолжаться праздник… В некий момент необходимо будет перезарядить батарейки, чтоб потом возвратиться в гонки в неплохой форме.

Я остаюсь в команде, у меня договор, который будет действовать прямо до окончания сезона-2014, я доволен тем, чего мы достигнули сейчас, и эта история все еще не закончена. Я счастлив и полон решимости показать все, на что способен и в последующем сезоне, и на этот момент не вижу смысла перебегать в какую-либо другую команду.

Я очень доволен тем, какое место занимаю в команде, и просто неописуемо то, чего мы добились… Кристиан Хорнер по радио начал перечислять имена гонщиков, которые достигнули таких же достижений, и при всем этом запамятовал Алена Ординарна. У меня же радио не работало, так что я не мог ему ничего сказать! Он произнес, что они запамятовали про Ординарна, а ведь на его счету четыре чемпионских титула!

Сезон был очень сложным – в 7 первых гонках было семь различных фаворитов. Год был полон взлетов и падений для всех гонщиков. Уже тогда я знал, что любая гонка, каждое очко будут иметь большущее значение. В конечном итоге борьба вышла более плотной, чем хотелось, а на определенном шаге чемпионата люди совсем не упоминали нас, когда гласили о шансах того либо другого пилота на чемпионский титул.

Я не мог воспользоваться своими хитростями, либо своим стилем пилотирования, чтоб вынудить болид работать

Принципиально, что мы продолжали веровать, с самого начала сезона мы боролись с своей машиной, машиной, которая отличалась от той, что была у нас в прошедшем году. Я не мог воспользоваться своими хитростями, либо своим стилем пилотирования, чтоб вынудить болид работать. Задняя часть машины вела себя недостаточно размеренно, чтоб нормально работать на торможениях, заходить в поворот и попадать на апекс – мы перепробовали все, что можно, и на определенном шаге мы смогли сделать шаг вперед. Этот шаг оказался суровым, также он был изготовлен в правильном направлении. В итоге это позволило мне добиваться большего.

В итоге ситуация естественным образом оборотилась в подходящем нам направлении, мы стали резвы, более конкурентоспособны и оказались в наилучшей позиции. В неких гонках было очень тяжело – полностью разумеется, что все очень утратили в прижимающей силе и в стабильности поведения болида.

Мы всегда были против этого, мы были сосредоточены на прогрессе, мы пробовали работать над машиной, время от времени делали шаги в неверном направлении, недешево за это платили и, возможно, научились не очень очень себя запутывать. Ты совершаешь ошибки, учишься на их, и болид становится резвее.

– Можно ли считать эту гонку самой сложной в вашей карьере?

– Я произнес об этом по радио, но вы этого не слышали – я произнес, что это вне сомнения была самая тяжелая гонка в карьере. Не просто так как борясь за чемпионский титул, ты не очевидно не отдыхаешь – поглядите, что конкретно сейчас пошло не так: для вас приходится нелегко, когда отказывает радио, ведь любые конфигурации критерий для вас необходимо обсуждать с командой; кроме того, после разворота машина получает повреждения. На первом же круге мы были безнадежно позади, но смогли вернуться, погодные условия всегда менялись, мы фактически просто так остановились в боксах, что стоило нам потери 20-22 секунд, а после чего вновь пришлось ехать на пит-стоп, так как начался дождь.

В конечном итоге мы все равно финишировали на шестом месте, и это очень положительный результат. В некоторых гонках ты рад тому, что занимаешь шестое место. Мы довольны тем, что это случилось в последней гонке сезона, в какой решалась судьба чемпионского титула. Все сложилось в нашу пользу, так что я не знаю, что еще сказать.

By cskvv

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *