Александр Харламов

Нескончаемые обтирания полотенцами

В последние годы это стало носить так массовый нрав, что на неких турнирах уже начинаешь запоминать лица болбоев. Пожалуй, большее раздражение вызывает только сморкания в бадминтоне. В особенности бесит, когда, например, Рафаэль Надаль просит полотенце уже после первого розыгрыша.

А вот у Томаша Бердыха существует цикличность – он обычно «протирается» после неудачных розыгрышей. Отлично в этом плане, что уже окончил карьеру Грег Руседки – этот юноша навещал болбоев после каждого без исключения розыгрыша. Естественно, теннис стал лучше и динамичнее, игроки теряют много воды, но почему это явление, очень напоминающее обряд, фактически не встречается в других видах спорта? Тяжело представить, чтоб условный Кобе Брайант вытирал руки перед каждым штрафным видном. Почему бы не ввести для обтирания правило, схожее 25 секундам?

Удары ракеткой меж ног

Речь, безусловно, не о таковой красе либо этой, а об игре на публику, в какой неуважения к конкуренту, позерства, больше, чем мастерства. В особенности переборщает Энди Маррей. Для чего необходимы эти удары, что он ими желает показать, в чем тут тонкость и краса? В настольном теннисе, к примеру, за такое можно вообщем получить по шапке – приходилось созидать, как один из конкурентов в конце игры даже отказался нажимать руку и дело чуть ли не дошло до мордобоя. Радек Штепанек за такое точно бы ударил по затылку.

Клики, в особенности у дам

Нескончаемая тема, у которой есть сторонники, но врагов все таки больше. В правилах тенниса предвидено наказание за «помехи»: если игроку на той стороне сетки звучные стоны конкурента мешают лупить по мячу, он вправе посетовать арбитре, и тот может наказать гулкого теннисиста лишением очка. А если жуткие звуки не закончятся, то это может стоить нарушителю всего матча. Но такового, правда, никогда не бывало. В 1988 году Иван Лендл посетовал арбитре на стоны Андре Агасси. Что ответил ему арбитр? «Это часть игры». Удивительно, не правда ли, если один конкурент получает преимущество не за счет техники выполнения ударов, а так как громче орет.

Над Густаво Куэртеном потешались, что он мучается легким запором, клики Лены Докич ассоциировали с очень звучным чиханием, а шум, который издавала Моника Селеш, согласно исследованиям, был громче, чем у дизельного поезда. Наверняка, никому неприятно играть с поездом? Тут требование арбитров к зрителям соблюдать тишину смотрится как издевка в отношении игрока, который не орет, а слушает.

Валерия Ли

Глупые и неизобретательные споры с арбитрами

Игроки спорят с арбитрами. Это в порядке вещей. Время от времени они бывают правы. Время от времени они даруют миру легенды вроде макинроевского «You cannot be serious» либо сафинского «Ты сидишь там наверху с сигарой и 2-мя телками и ни черта не думаешь об игре». Когда Эрнест Гулбис вступает с Седриком Мурье в дискуссию о очень прохладной воде, это весело и присваивает процессу притягательности и особенности. Когда Ежи Янович устраивает среди матча пламенный перфоманс с языческими молитвами, это на века. Время от времени спор игрока с арбитром может и совсем предвосхитить революцию в теннисе – как это было в деле «Серена Уильямс против Марианы Алвеш» на US Open-2004. Но обычно, происходит не это.

Обычно теннисисты препираются с судьями так, что глядеть на это в наилучшем случае неудобно. Когда арбитр читает по губам Веры Звонаревой непреличные слова и делает ей предупреждение, а она начинает качать права, что чтение по губам – это не подтверждение, чтоб после матча признать, что вправду выругалась, – это фейспалм.

Когда Каролин Возняцки в статусе первой ракетки мира, уступая на тай-брейке, цепляется к безопасному коллу и в течение хороших 5 минут, топая ногами и разводя руками, просит супервайзера, чтоб тот показал ей отметку, это безобразно и неспортивно.

А бессчетные случаи, когда игроки оспаривают судейские решения, отлично зная, что отменить их они не вправе? Что это, если не каприз, дурное воспитание и неуважение к конкуренту? На этом фоне взрослые теннисисты, способные ограничить свое несогласие снисходительной усмешкой, смотрятся просто воплощением класса. Понятно, что в пылу борьбы почти все может случиться, но, как Энди Роддик в один прекрасный момент произнес про дурной журналисткий вопрос, слушайте, ребята, мы же с вами лучше этого.

Павел Копачев

Традиции во вред зрелищности

Тенденция последних лет: спорт изменяется а) ради новейшей аудитории и б) в интересах телевидения.

Так, в хоккее отменили красноватую линию и уменьшили щитки вратарей: игра стала динамичнее, ушли излишние паузы, а голов приметно прибавилось. Лыжи и биатлон перебежали на легкие и непредсказуемые преследования и масс-старты. Фехтовальщики открыли маски – и сейчас зрителям доступны эмоции игроков. Волейболисты ввели формат 25 очков, и прежний, 15-очковый с переходами подачи, уже не много кто помнит.

В конце концов, некие виды и совсем пережили революцию – фигуристы поменяли запутанную систему оценок, а двоеборцы оба собственных вида, прыжки с трамплина и лыжную гонку, сейчас проводят в один денек, не растягивая непонятное наслаждение.

И только теннис живет собственной жизнью, намекая на историю и аристократические корешки. Матчи могут длиться по 3-5 часов – это нормально, даже в одичавшую жару. Игроки нескончаемо тянут время – это нормально, они же устают. Даже решающий (3-ий – у дам либо 5-ый – у парней) сет, который так и навязывается укоротить, проходит до изнеможения.

У тенниса, кто бы спорил, большая аудитория и богатые спонсоры. Но сейчас не настолько не мало людей, готовых издержать 5 часов даже на неплохой матч. А телевидение (не кабельное и не чисто спортивное) старается избегать трансляций с непредсказуемым временем.

Это не означает, что теннису необходимо завтра повредить собственный безупречный мирок. Совсем нет. Но сделать шаг навстречу другой аудитории в перспективе совершенно точно придется.

Артем Атанов

Валютная гонка меж турнирами

Последние пару лет стали денежным раем для огромнейших теннисных турниров – каждый год они доносят о рекордном увеличении собственных призовых. Так, фаворит US Open-2013 Рафаэль Надаль получил чек на 2 600 000 баксов (не считая приза в миллион). Для сопоставления, Марат Сафин, выигравший тот же US Open в 2000-м, заработал практически втрое меньше – 800 000. Казалось бы, остается только порадоваться за чемпионов и их банковский счет. Но управление турниров, а совместно с ними ATP, WTA и ITF, которые, как безумные игроманы, все поднимают и поднимают ставки, упрямо отрешаются созидать далее собственного носа – поточнее, далее интересов топ-игроков.

На сей день в теннисе существует страшная диспропорция меж тем, сколько зарабатывают за каждый собственный чих те, кто находится высоко в рейтинге, и тем, сколько зарабатывают игроки из «низших» эшелонов – те, кто играет на турнирах серии Futures и Challenger. Призовые на этих турнирах (в особенности на первых) фактически не изменялись.

К примеру, фаворит «фьючерса» не заработает за победу и 2 000 баксов (а ведь ему еще необходимо доехать до соревнований, кое-где жить и кое-чем питаться). Ясно, что звезды приносят прибыль и обеспечивают энтузиазм к игре. Но конкретно на малеханьких турнирах делают свои 1-ые шаги молодые игроки, далековато не у каждого из которых хватит средств даже на то, чтоб приобрести билет на самолет. В итоге сотки профессиональных ребят уходят в небытие, так и не реализовав свои способности. И если глядеть на теннис с другой стороны забора, отделяющего «богов» от «челяди», то все эти гонки с повышением призовых смотрятся как пир во время чумы и ничего не считая раздражения не вызывают.

Павел Ниткин

Не хватает бунтарей вроде Агасси

Теннис как вид спорта отражает развращенное рвение современного мира к всеобщей универсализации. Заместо контраста нравов, подходов и культур мы лицезреем смешение и усреднение. Игроки, тренеры, журналисты – все стремятся к одному эталону, который убивает ценное обилие.

Объясню на примере Энди Маррея. При всей моей к нему любви, следить за его игрой в течение 4, к примеру, часов довольно тяжело. Да, его теннис – это квинтэссенция принятого эталона, доведенная практически до совершенства. Да, его способности поражают. Да, время от времени у него бывают моменты абсолютной феерии. Но есть одно «но».

Огромную часть его матчей можно сопоставить с восьмым альбомом возлюбленной группы – его слушаешь по старенькой привычке, невзирая на то, что, на самом деле, там одна вправду классная песня. И это можно сказать не только лишь про его матчи – это можно сказать про подавляющее большая часть матчей вообщем.

Игра в теннис становится похожей на перетягивание каната – в абсолютном большинстве матчей одолевает тот, у кого больше терпения и сил. Схема, которая принесет победу, отлично известна (держать заднюю линию, в подходящий момент штурмовать, не делать глупостей), и одолевает не тот, кто выдумает что-то новое, а тот, кто идеальнее всего ее исполнит (не отрицаю, что ее выполнение – это дело безрассудно сложное, но на то они и проф теннисисты). И чем далее, тем плотнее будет доминировать эта тенденция.

Усреднение личностей и нравов можно отследить так же на примере Маррея. Не много кто помнит, но когда он начинал, он был робким, но достаточно радостным парнем, который часто проявлял свое мрачное шотландское чувство юмора. Но журналисты за все пробы быть реальным давили его со ужасной силой, выдергивали все, что можно, из контекста и выставляли его дурачиной. В конечном итоге он стал человеком, который нудно вещает одно и то же.

Журналисты повинны и в том, что фактически на все пресс-конференциях теннисисты могут ничего не гласить, а просто включать на телефоне заблаговременно записанные ответы на повторяющиеся вопросы. «Что скажете по игре?» «Какие цели на турнир?» И т.д..

Неважно какая попытка порвать шаблон вызывает сопротивление системы, хоть какое слово, не вписывающееся в концепцию правильности, воспринимается как акт штатского непослушания (недаром одной из основных звезд сезона стал бунтарь Эрнест Гулбис).

Так и выходит, что даже если игрок желает вырваться из этого болота, он уже так к нему привык, что в большинстве случаев делает какую-нибудь тупость, как, к примеру, мастер несмешных шуток и дурных выходок Каролин Возняцки.

Фото: Fotobank/Getty Images/Ronald Martinez, Julian Finney, Mark Dadswell

By cskvv

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *