Антон Понкрашов: «Потерял дар речи, когда ко мне подошел Крис Пол» Антон Понкрашов: «Потерял дар речи, когда ко мне подошел Крис Пол»

Страус

– Волейболист Сергей Гранкин говорил, что после победы на Олимпийских играх-2012 в дом его родителей зачастили гости.

– Я у собственных не спрашивал, но, наверняка, массами не прогуливались. Может быть, естественно, отец и проставился. После победы много людей звонили и от всей души поздравляли. На данный момент время от времени встречаю людей в аэропорту либо в кафешках, которые подходят и молвят: «Молодцы, взяли медаль. Мы за вас так от всей души болели». Приятно слышать, что сборная Рф небезразлична. В такие моменты у меня всегда появляется ухмылка на лице, так как вспоминаю все то, что было пройдено на Олимпиаде.

– Самое смешное происшествие на Олимпиаде?

– У австралийского корпуса стояли три страуса, такие декоративные, ростом, может быть 160-180 см. Когда мы игрались, Семен Антонов произнес: «Если мы возьмем медаль, то я этого страуса довезу до аэропорта, до регистрации». Мы взяли медаль, и с утра позвал к для себя. Захожу в комнату, а у него в постели лежал этот страус. Он позже совместно с нашим медиком пробовали его вывезти, чтоб зарегистрировать на рейс, но, к огорчению, охрана олимпийской деревни страуса не выпустила.

– Что ощутили, когда к для вас подошел Крис Пол?

– Я был просто шокирован, другого слова не могу отыскать, так как я растерял дар речи и не знал, что сказать. Ощутил себя рассеянным.

– В какие моменты вы еще теряли дар речи?

– Больше, наверняка, таких моментов не было. Это единственный раз, когда я реально ощутил себя дурачком, который не может ничего сказать по-английски. У меня в принципе нет заморочек с английским, но в этот момент они появились, так как я просто растерялся и не знал, что сказать.

Болельщики

– Сколько раз к для вас подходили со словами: «Я желаю сделать ставку на вашу победу. Стоит?».

– Спрашивают. В такие моменты я отвечаю, что думаю.

– Даже если чувствуете, что проиграете?

– Я изредка чувствую, что мы проиграем.

– Но все таки было, что обещали выиграть, а позже проиграли?

– Естественно.

– Болельщики позже сетовали?

– Нет, не подходили, ведь нереально же всегда побеждать. Я всегда стараюсь мыслить позитивно, и когда перед нашими соревнованиями спрашивают, является ли сборная Рф победителем, я всегда отвечаю «Да» и говорю, что мы всех победим.

– Сами когда-нибудь делали ставки?

– Да, с друзьями, но это быстрее как пари, а не как ставка, просто из энтузиазма: две команды играют, один берет одну команду, 2-ой берет вторую.

– Футбол, баскетбол?

– Бывало и футбол, и баскетбол.

– Вы сможете обрисовать собственных болельщиков?

– Да, y меня есть, вроде бы это звучно ни звучало, индивидуальные болельщики, которые встречают после игры. Это дамы, они мне всегда даруют смачные подарки, не так давно сшили костюмчики для моих собак.

– Розовые?

– Нет, один сине-красный, цвета ЦСКА, другой – оранжевый. Мне приятно и очень ими дорожу, так как я чувствую, что это от всей души и независимо от того, как я сыграл и как сыграла команда. Они всегда ожидают, всегда хворают и переживают за меня.

– Когда у их не выходило к для вас приходить?

– В «Мегаспорте» у нас другая охрана, которая очень продвинутая, и когда в последний раз мы уезжали, она не пустила 3-х болельщиков. Я постоял, поругался с ними, но безрезультативно. В УСК ЦСКА они всегда приходят.

Когда не круто быть баскетболистом

– Встреча индивидуальных болельщиков… В такие моменты думаешь: «Как же круто быть баскетболистом!»?

– Да. Бывают и моменты, когда я думаю: «Как же не круто быть баскетболистом!»

– К примеру?

– Когда складывается что-то безуспешно, не выходит что-то.

– Что для вас пришлось преодолеть, чтоб играть в ЦСКА?

– Много чего. Сначала пришлось работать над верой, что я могу играть в ЦСКА, другими словами я был тут, но не было таковой внутренней веры. Поточнее, она была, но она была только с моей стороны. Пару раз мне пришлось перебегать в другие клубы, чтоб обосновывать свою состоятельность. На данный момент она есть и с моей стороны, и со стороны управления, и со стороны тренера, который дает мне играть.

– От каких недочетов избавились за этот период времени?

– На данный момент я больше думаю о командной игре, чем о собственной. Ранее, может быть, я третировал командной игрой, сейчас мне совсем непринципиально, сколько я забью, главное, чтоб моя команда выигрывала. И это не слова, это вправду так, для меня важен итог. Наверняка, все это пришло за время игры в Питере, когда итог зависел от моей игры. И вот эта ответственность за свою игру с того года до сего времени всегда со мной.

– Что вы анализируете после матчей?

– Вспоминаю плохие моменты, анализирую и вроде бы просматриваю в голове, чтоб я был в состоянии сделать лучше. Бывают игры, когда у тебя все выходит, но есть моменты, когда делаешь неточную передачу либо какие–то неуверенные деяния.

– Многие спортсмены обращаются к проф помощи. К психологу, к примеру.

– Я не обращался, но думаю об этом. У меня есть об этом свои мысли, но пока это всего только слова и до дела еще не доходит.

– В какой игре вы вообщем не выкладывались?

– Есть матчи, которые людям вообщем не увлекательны. Спортсменам также тяжело себя мотивировать, когда ты играешь и понимаешь, что конкурент слабенький либо у их много травм. Но у меня, в принципе, с этим заморочек нет. Не могу сказать, что всегда играю на 100%, но на 80% выкладываюсь в таких играх.

Авторитеты

– Часто сможете для себя позволить пошутить над Андреем Кириленко?

– С кем у меня отличные дела, с тем мы любим пошутить друг над другом. Это часть нашего общения, это не означает, что я бесстрашный и шучу над Кириленко. Просто у меня с ним отличные дела, и время от времени я могу подколоть его. И он также может меня обругать, но при всем этом мои и его слова никогда не воспримутся серьезно.

– Не боитесь авторитетов?

– Может быть, этому меня обучил отец. У меня никогда не было такового, чтоб я в тренировочном процессе либо в матчах страшился с кем-то либо против кого-либо играть. Когда только приступил к тренировкам в спортивном интернате под управлением отца, я был младше всех лет на четыре-пять. У меня не было достоинства перед ними, мне не давали никакой форы, и мне приходилось с ними биться на равных, хотя из-за возраста я был слабее на физическом уровне. И снова же отец от меня добивался многого, и, может быть, из-за этого во мне и развилось это чувство, я выхожу и мне без различия, кто и чего, не боюсь авторитетов.

Тренировки, заводной

– Часто встречающаяся диета посреди баскетболистов?

– Мой отец гласит, что самое главное не есть после 6. Честно говоря, то этого не придерживаюсь. У меня нет заморочек с весом, мне довольно недлинного промежутка времени, чтоб привести себя в нормальную форму. После отпуска у меня был один из наибольших процентов жира в команде. Месяц занятий, и все в порядке.

– В этом ходу не ездили в тренировочный лагерь?

– Нет, в в первый раз ничего не делал. Накопилась вялость и психическая, и физическая, и я решил, что необходимо лето, другими словами 10 дней – «лето» очень звучно звучит – предназначить тому, чтоб ничего не делать, не считая как плавать и есть. Обычно я таковой заводной, я не могу длительно лежать и отдыхать.

– Как еще можно избавиться от давления?

– Сыграть в компьютерные игры, сходить в кино, повстречаться с друзьями. В принципе, я не могу сказать, что я очень напряжен. Естественно, бывают такие маленькие психические ямы, но из их помогают мне выйти мои друзья, потому эти спады недолговременные.

– Волейболисты ведали, что, если испить 100 гр коньяка перед игрой, то удар будет поточнее.

– Я не практиковал, но слышал, что давным-давно, когда ветераны игрались, они позволяли для себя такое. Я не экспериментировал с этим и, если честно, не планирую. Я придерживаюсь проф подхода, что ты не имеешь права перед игрой употреблять алкоголь.

– И сами никогда с отдыхом не переборщали?

– Наверняка, все люди когда-то переборщают. Мне кажется, что нет такового, что спросишь, и человек ответит: «Нет, я в жизни никогда не перебарщивал». У меня бывали такие моменты, но я считаю, что время от времени это даже необходимо. Это не должно быть нередко и серийно, но, наверняка, пару раз в год это можно сделать.

Бэтман

– Кто наилучший покерист в вашей команде?

– Я, больше других играю.

– Сколько максимум вы выигрывали?

– Давайте не будем гласить об этом, я нормально играю.

– Последний кинофильм, который ожидали с нетерпением, что вот нужно в кинозал сходить?

– Бэтмена. Второго.

– Вы любите комиксы?

– Я не люблю комиксы, но я поглядел первого Бэтмена «Темный рыцарь» и после чего ожидал вторую, а сейчас третью части. Я считаю, что за последние 10 лет это наилучшие два кинофильма. Они входят в топ-5 кинолент, которые я бы рекомендовал поглядеть.

– В каком кинофильме желали бы сыграть?

– У меня нет рвения, но если б предложили, наверное, бы не отказался, просто для того, чтоб испытать и поглядеть.

– Тогда от какого свойства супергероя не отказались бы?

– Высоко прыгать, чтоб наконец-таки забить сверху.

Она

– Скажите, а чьего гнева вы больше боитесь – тренера либо вашей девицы?

– … Наверняка, тренера.

– Вы издавна встречаетесь. Что ее в вас раздражает?

– Когда она злится, она именует меня эгоистом и гласит, что я думаю только о для себя. Но это, кстати, неправда, это только, когда мы ссоримся, я эгоист.

– Она аккомпанирует вас на соревнованиях?

– До Олимпийских игр она фактически на всех соревнованиях меня аккомпанировала. Но насчет Олимпиады обсудили и решили, что она не поедет. Последний наш кооперативный выезд, на чемпионат мира, был не очень удачным. В такие соревновательные периоды для меня принципиально, чтоб меня ничего не отвлекало, я должен быть в собственном темпе, мне так легче концентрироваться и настраиваться на игры.

Мы побеседовали, я ей растолковал, что лучше поехать одному, так как мы будем жить в деревне, это все трудно, не много времени. Олимпийский цикл таковой – любая минута принципиальна для восстановления, так как все идет нон-стоп и фактически каждый денек тренировка, через один день игра, и необходимо успеть восстановиться. А так мне бы пришлось ехать куда-то в город, растрачивать на это время, заместо того, чтоб восстанавливаться.

Музыка

– Что вы не перевариваете на сборах?

– Нехорошее интернет-соединение. Если на сборах нет веба, это вообщем ж…. Когда страничка раскрывается по пятнадцать минут – это выбешивает. А так сборы мне нравятся, почему нет? Две недели провести где-нибудь в прелестной Словении.

– В команде принято ставить определенную музыку перед тренировками, играми.

– В команде нет. На данный момент мир технологий, и уже у каждого находится по несколько девайсов, и каждый слушает то, что ему поближе. Хотя в неких сборных это практикуется. Когда на игру выходишь, слышишь – у Аргентины точно, я знаю, и у Испании – всегда игралась колонка. У нас это как-то это не развито, музыкальный разброс достаточно большой – и в сборной, и в команде.

– У кого самый нестандартный вкус?

– У Мони.

– Что за музыка?

– Как мы называли, мертвецов вызывает.

– Сами на чем-нибудь играете?

– Нет, я далек от музыки. Хотя я смотрю за проектом «Голос». Я лицезрел три варианта – русский, который на данный момент идет по «Первому каналу»,  южноамериканский, который уже завершился, и британский. В жюри спиной к исполнителю посиживает четыре человека. Если им нравится номер, то они надавливает кнопку и поворачиваются. У их задачка набрать команду из восьми либо 12-ти человек. Есть очень достойные внимания люди. На данный момент в Вебе смотрю иностранную версию. Мне кажется, что я тоже скоро запою.

– Для вас произнесли, что вы отлично поете?

– Нет, я отвратно пою. Но, посмотрев эту передачу, мне уже кажется, что я тоже могу петь.

Тренер

– Вы ведали о том, что тренировали команду в бизнес-лиге.

– И на данный момент тренирую – один час по субботам.

– Сейчас как-то по-другому стали глядеть на игру?

– Да нет, я просто получаю наслаждение от общения с ребятами и от самой игры, так как я нахожусь чуть-чуть в другой роли. Так я всегда играю, и мной правят, а здесь я руковожу ребятами.

– Добрались до власти?

– Не то что добрался до власти, мне приятно созидать, что то, что я им даю, какие-то мелкие вещи, они делают, и у их это выходит. Я получаю большущее ублажение от этого.

– Они во всех моментах вас внемлют?

– Не во всем. Мне тяжело, так как выходит, что я в команде самый младший по возрасту. Я просто стараюсь давать подсказку им, давать возможность всем играть, чтоб они получали наслаждение от игры.

Фото: РИА Анонсы/ Андрей Теличев

Благотворительность

– Поведайте о вашей благотворительной деятельности.

– Я веду два проекта: помогаю детскому дому и поликлинике. Если им что-то необходимо, то они мне звонят, и я стараюсь доставить. В последний раз мы отремонтировали компьютерный класс в детском доме в Ярославской области и летом планируем выстроить баскетбольную площадку. Планы достаточно глобальные.

– Почему не настолько не мало спортсменов уделяют внимание благотворительности?

– Два с половиной-три года вспять я тоже не задумывался об этом. Когда я играл в питерском «Спартаке», мы побывали в местной поликлинике. В тот момент во мне что-то поменялось. Я увидел, что людям тяжело и им нужна моя помощь. Может быть, чем больше спортсменов выяснит об этом, тем больше схожих проектов появится. Я стараюсь много говорить о собственном благотворительном фонде, не теряю надежду, что кто-либо проникнется и будет помогать.

– Вся команда «Спартак» прогуливалась в поликлинику?

– Нас было четыре. Мы позже все скинулись, приобрели телеки, еще там по мелочи. Я заинтересовался этой темой, и мы на данный момент продолжаем работать с больницей. В тот момент мне было все равно по сути: получится либо нет. Я сходу принял решение и произнес собственной команде, что мы будем этим заниматься, и основная задачка наша – отыскать два объекта.

Когда пообщался с Андреем Кириленко, который также интенсивно занимается благотворительностью, он порекомендовал не распыляться на огромное количество объектов. Лучше брать один–два объекта, но доводить их до разума. Тогда будет видна работа, которая проделана.

– Чему научились за этот период времени?

– Мои задачи, мои спортивные беды – это так мелко по сопоставлению с теми, которые у этих нездоровых малышей, некие даже нереально решить.

– Не так давно вы подобрали на улице котенка. Он все еще живет с вами?

– Нет, он погиб. Не много было надежды, что он выживет. У него нашли сложную опухоль, он был обречен. Мы боролись, Аня очень очень переживала по этому поводу. Мы издержали достаточно немалые средства, возлагали надежды, что вылечим.

– У вас ведь еще две собаки.

– В детстве у меня не было животных. Мы с Аней приобрели первую собаку, приобрели вторую собаку, и на данный момент я понимаю, что они реально являются частью нашей семьи. Они каждый денек чего-нибудь учиняют. Одна у нас временами бастует и не туда, куда нужно, прогуливается в туалет. 2-ая носится по кровати, как ужаленная, вообщем не останавливается.

Они две совсем различные. И когда ты приходишь домой после тренировки либо после плохого денька и тебя встречают три возлюбленных девицы – я их так называю – это не может не поднять твое настроение.

Будущее

– Вы собирались открывать собственный интернет-магазин.

– Появились трудности. Пока лишь на словах, но я думаю, что все будет нормально.

– Можно ли сказать, что все, о чем вы желали – все реализовалось?

– Нет.

– Что еще осталось?

– Еще много чего осталось. Когда я построю дачу, куплю для себя дом в Испании и открою там ресторан, и у меня будет один либо два малыша, вот, наверняка, после чего я смогу сказать, что все в моей жизни реализовалось.

By cskvv

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *