– Мне приходилось слышать, что Миша Гершкович – самый техничный игрок в истории Русского Союза.

– Преомнажают. Были игроки, у каких техника была лучше. К примеру, Бышовец, Стрельцов, Иванов, Гиви Нодиа, Газзаев.

– Дриблинг, который вы помните до сего времени?

– По юношам в ФШМ был момент, когда я начал с центра поля, обыграл несколько человек к штрафной, позже отдал чуток вспять и опять пошел на ворота обыгрывать. В конечном итоге вышло так, что я обыграл всех конкурентов и забил. Но это юношеский футбол, не взрослый.

Вообщем технике нельзя обучить. И в футбол обучить играть, на мой взор, нереально. Если у человека есть талант, то опытнейший тренер может развить эти свойства. Если не дано – на суровый уровень его не вывести. Что такое футбол? Во-1-х, идея. Во-2-х, техно оснащенность – чтоб то, что задумал, претворить в жизнь. В-3-х, физическая подготовка. Одним из числа тех, кто обладал всеми 3-мя свойствами, был Игорь Добровольский. И мыслил потрясающе; и исполнить мог с хоть какой ноги все, что замыслил; и на физическом уровне был даровит – и высокоскоростной, и крепкий. Но у него не хватало нрава.

– Что означает «не хватает характера»?

– Приведу таковой пример. В 86 году я работал с Эдуардом Малофеевым в «Динамо» – та юная команда с Колывановым, Добровольским, Бородюком. Тогда дубли были очень массивные, потому многие игроки основной обоймы игрались там, а на предыгровую тренировку Малофеев оставлял для себя всего 13 человек и давал им играть в дыр-дыр 7 на 7. Мне тогда еще не было 40 – я играл 14-м и нередко попадал в одну команду с Добровольским. Бывало, заводился и орал: «Игорь! Ну мы же проигрываем. Давай поднажмем». «Дани-и-илыч… Ну, мы завтра будем еще в это играть. И послезавтра – тоже».

– Если б нрав был, вроде бы сложилась его карьера? Взял бы «Золотой мяч»?

– Думаю, не меньше. По собственному потенциалу это игрок уровня Круиффа, он играл в этой позиции как раз. Когда смотришь футбол, всегда с кем-то сравниваешь. Я когда смотрел на Добровольского, на его технику, всегда гласил про себя: «Ну это точно лучше меня!»

– У вас в кабинете висит портрет Эдуарда Стрельцова, с которым вы игрались и дружили в «Торпедо». Опишите его одним словом.

– Превосходный. Обычный факт: он на 5 лет был отлучен от футбола из-за кутузки, возвратился и стал наилучшим игроком чемпионата СССР. СССР, не Рф. Специфичность игры с ним тоже была. Он мыслил нестандартно, в его камертон необходимо было попасть. Вот скажем, он получает мяч в углу штрафной, лицом к угловому флагу. Как можно мне, его партнеру по атаке, в таковой ситуации раскрываться в центр штрафной?

– Ну да, удивительно.

– Это удивительно и заступникам. Но если поймать его мысли – мне это, к счастью, удалось – раскрываться нужно. Так как от Стрельцова идет пас пяткой, и ты – один на один.

Получить похвалу от него было очень тяжело. Он приучивал: наивысший кайф – это не забить, а дать, чтоб человек забил. В 68-м году мы выиграли у «Спартака» 5:1. Два гола из 5 забил Эдик, оба – с моих передач. При этом один из голов – после того, как я обыграл троих-четверых, вышел один на один с Маслаченко и не стал лупить, хотя забить было просто. Увидел Эдика, покатил ему, он зашел с мячом в ворота. После игры Эдик подошел ко мне: «Вот для тебя моя майка и трусы. Сейчас ты взошел на ту верхушку, к которой всегда должен стремиться». Майка у меня хранится до сего времени.

– Владимир Маслаченко острил до последних дней собственной жизни. Как он острил на поле?

– Тоже матч «Спартак» – «Торпедо». Мне дают передачу, я выхожу один на один, но звучит свисток – вне игры. А Маслаченко вальяжный юноша, у него была такая манера: если слышал свисток, резко поворачивался спиной. А я как раз в это время двинул по мячу и попал ему по спине. Он – за мной. Бежал по всему полю, но не догнал. К счастью.

– Стрельцов гласил: «Если б Пеле испил столько, сколько я, он бы уже давным-давно умер»…

– Это искаженные слова. Их гласил не Эдик. В 58 году Пеле стал фаворитом мира и звездой. В тот же год посадили Эдика, который к тому чемпионату мира готовился и творил чудеса. Я тогда был ребенком, меня старшие братья водили на футбол. У меня до сего времени в ушах слова диктора из каждого матча, на котором я бывал: «Лучший игрок матча – Эдуард Стрельцов». Он блестел в клубе, за сборную забивал по 3-4 гола. Я убежден: если б он поехал на тот чемпионат мира, наша сборная продвинулась бы особо серьезно и большой вопрос, кто бы блестел ярче – он либо Пеле.

И вот с тех пор болельщики всегда их ассоциировали. И когда спрашивали: «Стрельцов либо Пеле?» – они гласили: «Если бы Пеле испил столько кофе, сколько Стрельцов – водки, он бы помер».

– Стрельцов пил?

– Выпивал, да. Огромный организм. Бывало, его находили за денек до игры не в самом наилучшем состоянии. Ничего: его веничком попарят, на игру выходит с чувством вины и рвет всех еще посильнее. Но пьяницей он, естественно, не был.

Качалин

– Сборная СССР, в какой игрались вы, нередко каталась за границу. Какая поездка памятнее всего?

– В Южной Америке я был дважды: в 69-м и 70-м году. Как раз после второго турне Качалин закончил меня брать в сборную.

– Почему?

– У нас случился маленькой конфликт с Олегом Белаковским, доктором сборной. Я здесь же извинился, конфликт был исчерпан, но Качалин решил меня отчислить. Белоковский сам прогуливался просить за меня, но Гаврил Дмитрич был непреклонен. Я до сего времени очень переживаю, что на чемпионате мира в Мексике я так и не сыграл. Хотя специфичность моего организма была настроена на то, чтоб играть на высоте. У многих ребят, когда прилетали в Колумбию либо Эквадор, кровь шла носом, как выходили из самолета. На поле они тоже ощущали себя непринципиально. А я двигался будто бы ничего такого особенного нет. Меня спрашивали: «Ты что, не ощущаешь ничего?»

А вообщем поездки были сложными. Специфичность наших законов подразумевала оплату не за количество матчей, а за скрещение границ. Наши импресарио это знали и планировали программку так, чтоб мы как можно почаще переезжали из страны в страну. За эти две поездки я объехал эту Южную Америку вдоль и поперек.

– Жалко, что вас не было в Мексике. Я желал вспомнить величавую историю, рассказанную Евгением Ловчевым. Типо во время чемпионата мира один из футболистов сборной СССР устроил для себя гарем из мексиканок, который повсевременно пополнялся новыми и новыми дамами. Когда же сборная уезжала, а дамы в слезах вышли ее провожать, футболист кликнул какой-то из них: «А отпрыска назови Гришей. В честь моего деда». Уже пару лет я мучаюсь завистью и вопросом: кто же это был?

– Это не чемпионат мира, это как раз турне по Южной Америке. У нас был таковой Виталик Хмельницкий – игрок киевского «Динамо» и большой хохмач. Там ничего такого особенного и не было, но когда горничные вышли нас проводить, он решил похохмить: «Лучана! Отпрыска назовешь Гришей. В честь деда».

– У горничных вы воспользовались популярностью?

– Да я бы не сказал… Здесь другая ситуация. На данный момент верно делают – сборов длиннее 12 дней не бывает. А у нас – на 1-ый сбор едем в Сухуми. Дней на 36. Позже возвращаемся на пару дней в Москву и едем на 2-ой сбор и с него – уже играть на первенство. В Москву ворачивались уже к концу апреля. И вот когда ты только приезжаешь на эти сборы, смотришь на горничных и думаешь: «Какие же все они страшные». А позже все они хорошеют, хорошеют, хорошеют.

– Легенда «Кубани» Станислав Лысенко поведал нам о вратаре, который останавливал выходы один на один, извините, задницей. Самый необыкновенный вратарь, с которым игрались вы?

– Нас мало изумил один из торпедовских вратарей. В конце 68-го года Анзор Кавазашвили перебежал в «Спартак». Борис Батанов, ассистент Валентина Иванова, привез из Риги вратаря Лайзанса. Он просматривал его, когда те игрались в стршную грязюка, впечатлился и гласил: «Кузьмич, это вратарь, к которому все прилипает! Нужно брать». Юноша – здоровый, просто гигант. Но 1-ый раз мы его узрели в Уругвае, мы туда поехали на коммерческий турнир. Жарища, но он выходит на тренировку в налокотниках, наколенниках и ватных брюках. Встал, поднял руки, мы начали лупить. Раз стукнули – он даже не шевельнулся, позже поворачивает голову: «О, гол». Снова стукнули – опять не рыпнулся: «О, просквозило». Мы – за голову: е-мае, кого привезли?

Но юноша был профессиональный, за него взялись, довели до кондиции. Уровня Кавазашвили он не достигнул, но все равно отлично заиграл. Правда, не обожал, когда ему лупили по воротам на тренировках. «Я лучше кроссик побегаю».

– На нашем веб-сайте запрещено публиковать интервью без истории о сданном матче. Поведайте, пожалуйста, свою историю.

– Один таковой матч был, я о нем уже говорил. Тбилиси, последний матч 68-го года. Обеим командам довольно ничьи: мы занимаем третье место, они никуда не двигаются. Было только одно условие. Стрельцов и Датунашвили шли вровень в гонке бомбардиров. Условие – что Датунашвили эту гонку выиграет. Подошли с этим к Эдику: «Да мне без разницы». В конечном итоге Датунашвили забил два гола, Эдик – один.

Но вообщем здесь больше вопрос к регламенту. Бывает такое, что ничья устраивает обе команды. Я для вас слету пример приведу: Дания – Швеция на Евро-2004. Ну устраивает ничья и тех, и других – что ты будешь делать? Это стратегия борьбы. Договорные матчи, которые продаются, – это позорище, естественно. А тут… Мы могли бы играть в Тбилиси на победу, но могли пропустить контратаку и лишались бы тогда третьего места. И весь сезон – насмарку.

Харламов

– В свое время работали замглавного редактора еженедельника «Футбол». Как так вышло?

– Мы с молодых лет дружили с Олегом Кучеренко – основным редактором «Футбола». Когда я окончил играть, пошел к директору завода ЗИЛ устраиваться на работу. Там был автосборочный комплекс, меня устроили ассистентом директора этого комплекса по спортивно-массовой работе. Тогда ЗИЛ был государством в государстве. Мощнейшее предприятие, исключительно в нашем комплексе работало 6 тыщ человек, дорога от проходной до моего кабинета занимала минут 20 ходьбы – по заводу прогуливался особый автобус.

Мы проводили самые различные соревнования по различным видам спорта. Первенство завода по футболу проводилось, например, в четыре лиги. Четыре лиги по 16 команд! Главным нашим конкурентом был ОТК и строительный цех. Мы так отчаянно бились за первенство, что приходилось воспользоваться знакомствами. У меня за хоккейную команду автосборочного комплекса, понимаете, кто играл? Лутченко, Цыганков, Мигунько, Марков.

– Это нечестно.

– Почему – честно. Они работали по 2-ой трудовой. Все так делали. Это азарт.

Кстати, поглядите фотографию: я дружил с Валеркой Харламовым. Его и других ребят-хоккеистов приглашал к нам на субботник. Приезжали.

– Для вас приглянулся кинофильм «Легенда 17»?

– Исходя из убеждений патриотического воспитания кинофильм, может, и хороший. Но мне он пришелся не очень по нраву, так как от Валеры там не достаточно что есть. Понятно, что автокатастрофа была после Суперсерии. Во-2-х, женщина появилась существенно позднее Канады. Принижен авторитет других ребят. Ну и Валерка никогда не был фаворитом раздевалки, который мог пойти и отстаивать интересы за пределами льда. Он заставлял всех работать, но конкретно на льду. Если все это делалось, чтоб сделать некоторый собирательный образ – другое дело. Но тогда не нужно было использовать фамилию Харламов, можно было вообщем не брать фамилию реальную, а просто придумать.

– В «Футболе» вы редактировали заметки?

– Пока я работал на ЗИЛе, делал анализ тура, отчет об игре. Писал сам, честно. А Олег уже позже редактировал. Я обучался излагать свои мысли и позже мне это очень посодействовало. Когда я стал уже заместителем Олега, какие-то вещи я писал, но много занимался организационной работой – отыскал им помещение попросторнее, к примеру.

Бахарев

– Вы четыре года тренировали молодежную сборную Рф. Наибольший ее талант, который так и не открылся?

– Очень профессиональным был Беркетов. Жалко, что карьера не пошла, но он сам повинет.

– Он же пил, да?

– Ну… Я не буду так гласить… Он играл и опорного, и заднего заступника. Отлично читал игру, мог начать атаку, вверху здорово себя ощущал. Очень профессиональным был Радимов – считаю, что тот талант, который отдал ему Бог, он стопроцентно не воплотил. Ну и Егор Титов. Далекого паса и удара у него не было, зато игру читал просто потрясающе. Думаю, он упустил время уехать. Когда за него предлагали огромные средства, было надо уходить из «Спартака».

– Основная боль в голове той команды – Алексей Бахарев?

– Да я бы не произнес, чтоб от кого-либо болела голова. А Бахарев – талантище. До сего времени помню наши решающие матчи за выход на Евро-98. За путевку боролись Израиль, Болгария и мы. Израиль уже сыграл, у нас два матча – с Болгарией; чтоб проходить, нужно побеждать в обоих. 1-ый тайм проигрываем 0:1. Во 2-м – у нас преимущество, зарабатываем пенальти, Соломатин, капитан команды, не забивает. Через 5 минут он же исправляется – 1:1. Матч потихоньку катится к ничейке, остается пара минут. И здесь Бахарев берет мяч, обводит 1-го, второго, третьего, выходит на вратаря. Кладет вратаря, заступник в это время закрывает ворота. У меня на лавке – сердечный приступ, а Бахарев обводит к тому же заступника и тихо забивает.

– На молодежном Евро-1998 вы сразу уступили Испании и вылетели. Был хоть некий шанс ее обыграть?

– Был. Я три-четыре раза пересматривал этот матч, последний – совершенно не так давно. Тогда была неловкая структура у турнира: один матч проигрываешь – борешься только за 5-8 места. Там Егор Титов таковой мяч не забил – попал в плечо вратарю при счете 0:0. Еще был момент, когда у их юноша срезал головой в свои ворота и попал в штангу. Бузникин запорол верный момент… А у наших ворот таких шансов не было. У Испании был Гути и еще 2-ой номер, пушистый из «Реала»… Мичел Сальгадо, да. Они позже обыграли Норвегию и Грецию и стали чемпионами.

Филимонов

– Вы были старшим тренером сборной Рф при Романцеве. Что входило в ваши обязанности?

– Олег Иваныч кооперировал эту работу со «Спартаком». Потому все организационные вопросы, добыча инфы о конкурентах, отношения с тренерами, контакт с ребятами – все это было на мне. У нас тогда было много легионеров – мы в первый раз стали их встречать на добротных машинах, проводили их через VIP-выход в аэропорту. Делали такую атмосферу, чтоб они понимали: их тут ценят, ожидают.

– Самый тяжкий денек той сборной?

– Игра с Украиной. Олег не выдержал, за несколько минут до конца ушел со скамейки… Переломили цикл, выиграли на «Стад де Франс», остался один матч и таковой несуразный гол… Кто-то гласил, что там чародеи были за воротами.

– Кто?

– Чародеи. Ряд наших ребят из обслуживающего персонала, которые были за воротами. Гласили, что была какая-то атмосфера, какое-то поле нездоровое… А та команда была посильнее той, которая через два года поехала на чемпионат мира.

– Многие до сего времени считают, что Филимонов пропустил тот гол не просто так.

– Я не верю в это. Даже представить не могу, что Саша мог так сделать.

Романцев

– Вячеслав Колосков лицезрел Олега Романцева на чемпионате мира-2002 опьяненным, а тогдашний глава Спорткомитета Вячеслав Фетисов предлагал уволить его с формулировкой: запивохам не место в большенном спорте. Кто-то из коллег говорил, что на чемпионате мира Романцев фактически не выходил из собственного номера.

– Это некий утрированный подход. Это очень далековато от правды.

– Другими словами затворником он не был?

– У него всегда так. Когда нужно – приглашал людей. Я считаю его выдающимся спецом – очень жалко, что он на данный момент ушел из профессии. Не много кто мог так поставить игру, не много кто так ощущал футболистов… Да, что-то мы могли для себя позволять. После игры. Но чтоб много…

– Вы общаетесь?

– Да, время от времени созваниваемся. Он нередко ездит с ветеранами. Нередко бывает на рыбалке… Неувязка Олега в том, что он не привык работать под началом кого-либо. А на данный момент в руководстве клубов люди, которые не достаточно компетентны и преследуют цели не развития клуба, а осваивания средств владельца.

– В «Спартаке», когда он был его президентом, бюджет не осваивали?

– Так «Спартак» был личным клубом. Они жили на те средства, что сами зарабатывали – на трансферах, еврокубках, от спонсоров. После того как «Спартак» выиграл 6 матчей из 6 в Лиге чемпионов, они продали ведущих игроков не просто так ведь. Продали, чтоб клуб мог существовать.

– На чемпионате мира-2002 сборная Рф не смогла выйти из самой обычной группы. Почему?

– Много причин. К примеру, перед чемпионатом мира сломался Мостовой, а в отборочном турнире он был нашей главный фигурой. Сломался в товарищеском турнире Самсунг, в каком мы играть не очень желали, но нам пришлось. Плюс Леша Смертин, который хороший сезон проводил, играл с травмой.

– Три вещи, которые не нужно было делать в Стране восходящего солнца?

– 1-ое – не играть в этом коммерческом турнире, он вообщем не стыковался с нашим планом подготовки. 2-ое – немножко по-другому оснащаться, может, три-четыре позиции.

– Вратаря, к примеру?

– Вратаря мы не имели права поменять, так как Нигматуллин провел блестящий отборочный цикл. Я сколько раз ему гласил зимой, чтоб не уезжал, но он все-же поехал в «Верону» и раскис там. Я ему повсевременно звонил в Италию и гласил: «Все отлично, ты наш 1-ый номер». Ну и ошибся он, на самом деле, только раз – когда со штрафного от Бельгии пропустил.

Ну и третье – в матче с Бельгией избрать малость другой состав. Кержакова и Сычева совместно ставить, может, и не нужно было, но кого-либо из их – да. Плюс еще была мысль Семака поставить последним заступником, так как он побыстрее, посообразительнее. Но не отважились, так как он никогда ранее так не играл.

Бышовец

– Молодежная сборная ваша единственная самостоятельная работа. Почему?

– Почему же, я еще два года в дубле «Динамо» проработал. Позже стал помогать Малофееву. Позже я захворал желтухой, и мне на два года воспретили практиковать – неважно какая нагрузка была запрещена. Работал в центральном совете в «Динамо». Позже Кучеренко пригласил меня в «Футбол» своим заместителем, еще позднее – Колосков позвал работать в РФС. Я поначалу был у него ассистентом по связям с общественностью, так сказать, пресс-атташе. Кстати, я как пресс-атташе сборной Рф был на чемпионате мира в Америке – был при сборной, водил Пал Федорыча Садырина на пресс-конференции.

В 1993-м Кучеревский принял молодежную сборную, позвал меня начальником команды. У нас отлично выходило: ездили в турне в Южную Америку, в Москве обыграли Германию. Но позже он внезапно уехал на Украину по семейным происшествиям. Меня вызвал Колосков: «Кого будем назначать?» «Давайте думать». «А сам – возьмешь?» «Возьму». Образование у меня было, опыт – тоже.

Я всегда считал: работа тренером клуба и тренером сборной – это различные профессии. Есть те, у кого в силу таланта выходит и там, и там, но таких не достаточно. После молодежки я считал, что моего опыта довольно, чтоб продолжать работу в сборной. Когда в 98-м из первой сборной ушел Борис Игнатьев, меня назначили исполняющим обязанности тренера главной команды. Позже был назначен Исполком, на котором должны были принять решение. Но Анатолий Федорович собрал бригаду, которая серьезно повлияла на этот процесс.

– Что за бригада?

– Сенаторы, депутаты. Мне дали осознать, что не нужно продолжать в этом участвовать.

– Как для вас это дали осознать?

– Меня два либо трижды приглашали в Кремль, Игорь Шабдурасулов – мы с ним издавна общаемся – гласил: «Подожди». А впрямую произнес, что нужно снимать кандидатуру, Лужков. Мы были в хороших отношениях, он поначалу сам гласил, чтоб я выдвигался. Но когда это вышло на таковой уровень, передумал: «Михаил Данилыч, не спеши».

– После чемпионата мира-2002 вы не тренируете совсем. Другими словами уже 11 лет.

– После Стране восходящего солнца я очень переживал. Как переживал, что отрешался от предложений, которые у меня тогда были. Всем гласил, что взял паузу. А позже пауза затянулась. Звать не стали.

– На что вы жили все это время?

– У меня и сбережения были, и делом пробовал заниматься. Еще ездил по регионам с выступлениями – заработок маленькой, но достаточный.

Божович

– На каком автомобиле вы ездите?

– На Мерседес E300.

– Почему же не на русском? «Лада Гранта», «Лада Приора» – молвят, хорошие модели.

– Я понимаю, о чем вы. Почему я должен ездить на русском авто, если я имею возможность приобрести Мерседес? Хотя я понимаю: если б я брал его в Германии, заплатил бы дважды меньше.

– И для вас это кажется справедливым?

– Я расслабленно к этому отношусь. Так как есть люди, которые не могут приобрести немецкую машину, зато могут – русскую модель. И ее нужно поддерживать.

– А если российский производитель производит дерьмо? Для чего тогда это поддерживать?

– Ситуация такая, что сделать? Я согласен: как машину наши и зарубежные сопоставить нельзя. Но их все равно защищают. Тренеров – не защищали. Но вот для вас вопрос: наших и зарубежных тренеров сопоставить можно?

– Отдельных – может, и можно. Но общим уровнем – естественно, нет.

– А я считаю, что полностью сравнимые вещи. Я нередко бываю на различных симпозиумах и могу сказать: в чем наши тренеры как минимум не уступают – это в уровне образования. Высадить ведущих профессионалов зарубежных, а рядом – наших и начать гласить о тренировочном процессе, о его управлении, о дозах, о нагрузках, о восстановлении – мы будем на равных. А если взять общую массу – скажем, по человек 100 от каждой страны – мы будем превосходить.

Понимаете, в чем мы отстаем? В уровне склада ума управления. В уровне позиционирования себя перед работодателем. В уровне общения с прессой. В уровне общения с болельщиками.

– Как к для вас пришла мысль ввести налог на тренеров? Просто пробудились и решили?

– Это пошло от чувства несправедливости. Когда приглашают Хиддинка, Капелло либо Спаллетти, какие могут быть вопросы? Но ведь кого только у нас не было: и бразильцы, и какие-то чехи… Сколько на данный момент зарубежных тренеров в премьер-лиге?

– 6.

– Это основных. А если с ассистентами – 50. Пять-де-сят! Это нормально? В то время как наши спецы, готовые идти уже даже на 2-ые роли, посиживают без работы. Это разве справедливо? Вот у меня есть перечень (достает листок бумаги). Романцев – понятно. Саша Ирхин без работы. Харлачев. Петрушин. Цховребов. Силкин. Назаренко. Андреев. Эштреков. Смирнов. Воробьев. Павлов…

– Вы и правда считаете, что кто-то из их может на данный момент потянуть команду премьер-лиги?

– А почему нет? Павлов может потянуть?

– Не уверен.

– А я уверен.

– Ну а Ирхин? Кажется, его последний опыт в премьер-лиге – последнее место с «Ураланом» в 2000 году.

– Ирхин мог бы вторым тренером пойти работать. Петрушин, Цховребов – тоже. Либо вот Маминов – какой профессиональный юноша!

– Да?

– Конкретно как тренер. Я находился на его защите дипломной работы. Работа сама очень отменная, грамотная. И о нем очень отлично отзывается Юрий Палыч Семин.

Я понимаю: все это спорно. Но мы же должны давать им шанс.

– Итак, вы решили, что налог нужен. Что вы делали далее?

– Поначалу собрали бюро Объединения российских тренеров. В него входят Гаджиев, Семин, Газзаев, Игнатьев, Бердыев, Слуцкий, Карпин, Павлов и я. Начали консультироваться, как все это примет футбольное общество. Мы ездили на матч сборной с Северной Ирландией, который не состоялся; позже была игра с Бразилией в Лондоне. Там побеседовал с руководителями межрегиональных объединений. Встречался я и с руководителями клубов, РФПЛ, ФНЛ. Все идею восприняли отлично.

– Прямо все руководители клубов?

– Все, с кем говорил. А я встречался с Гинером, Керимовым, с Федуном говорил Карпин. Все были за. Позже стали мыслить, какую сумму сделать. Вот скажите: сколько стоит нанять неплохого евро тренера?

– Миллиона три евро в год.

– Это минимум. Мы посчитали, что 5 миллионов рублей от этой суммы клубы сумеют потянуть. Логика в том, чтоб эта сумма была бы по кармашку тем, кто взял известного тренера, и была бы проблемной для тех, кто борется за выживание и все равно нанимает иноземца.

– Другими словами «Амкар» в таком случае чуть ли когда-нибудь открыл Рф тренера Божовича?

– А что сделал тренер Божович?

– Как минимум вывел команду из Перми в конец Кубка Рф и еврокубки – в первый раз в ее истории.

– Ну а результат-то где? Когда он оказался в «Динамо», где довлеет итог, тренера Божовича мы не узрели. Да, может быть, он хороший спец, но у нас таких – пруд пруди.

– Сколько средств клубы уже заплатили?

– За тех тренеров, которые были назначены до налога, платить не нужно. Потому нам прислали 5 миллионов за Кучука, еще 5 – за Мунтяну. Еще по 2,5 миллиона – за тренеров «Мордовии» и «СКА-Энергии».

– В каком из местных сейфов эти средства на данный момент?

– Они находятся на субсчету в РФС. Когда писали: «Денег Гершковичу не дадим», – люди не знали, что Гершкович к этим деньгам вообщем никакого дела не имеет. Я – только член комиссии РФС, которую возглавляет Лексаков и которая определяет направление средств. Утверждает их либо бюро Исполкома, либо Исполком.

Мы не так давно выделили три направления на то, как их издержать. 1-ое – в команду, которая под управлением Хомухи стала фаворитом Европы, игроков готовили тренеры из 7 клубов. Мы решили их поощрить и выслать на юношеский чемпионат мира в Эмираты. Оценка конкурентов, оценка тенденций развития юношеского футбола. Это не плохое направление?

– Если они не будут лететь бизнес-классом и жить в отеле «Парус» – полностью.

– Не-е-ет. Эконом-класс, отель – две звезды, билеты на футбол вообщем будут безвозмездно. Там даже до миллиона рублей не дойдет.

2-ое – желаем провести семинар для детских тренеров в различных регионах, начать с Подмосковья. Снять помещение, оплатить лекторов – растраты маленькие.

Третье и главное – у нас чертовски не хватает методических пособий. Лицезрели эту книгу?

Ее подготовили, она всем была нужна, но напечатать средств не было. Нам посодействовал Керимов – он оплатил выпуск 5 тыщ таких книг. Мы взяли у РФС разнарядку и во все 83 региона ее безвозмездно выслали. Но это мизер. Мне из регионов звонят: «Данилыч, еще надо».

Капелло

– Платит ли налог на зарубежных тренеров РФС?

– Нет. Во-1-х, Фабио Капелло заступил на эту должность еще до налога.

– Отлично, допустим после чемпионата мира сборную Рф возглавит Гвардиола. РФС опять не будет платить налог?

– Этот налог касается только клубов. Куда РФС будет платить этот налог? Сам для себя? Вот Галицкий гласит: «Гершковичу средств не дам». Снова скажу: к Галицкому я отношусь с почтением, это человек, который растрачивает свои средства на футбол. Но он должен обладать информацией. Я не буду вступать с ним в дискуссию.

– Вступите со мной. Вы интенсивно поддерживаете русского производителя, но на прошлой неделе поддержали еще кое-что – проект Объединенного чемпионата Рф и, внимание, Украины. Вы желаете защитить русских тренеров, но соглашаетесь с тем, чтоб половина команд из русской премьер-лиги уступили свое место зарубежным клубам. Как все это смешивается?

– Давайте так: исходя из убеждений спорта этот проект будет увлекателен? А экономики? Есть продукт, в который желают вкладывать огромные средства. А есть продукт «российский футбольный чемпионат», куда средства вкладывают не такие. И тот, кто вносит, ставит условие, чтоб он был таким – с русскими и украинскими клубами. Там, кстати, в призовом фонде предусмотрена сумма 50 миллионов евро на нужды РФС. Да, там куча заморочек, которые нужно преодолеть, чтоб это состоялось. Состоится либо нет – не факт. Но я поддерживаю его, так как это повысит зрелищность, даст приток средств в русский чемпионат.

– Чем увеличение зрелищности при помощи присоединения другой страны отличается от увеличения зрелищности при помощи тренера Кучука либо Мунтяну?

– Но ведь зарубежные тренеры, которых к нам привозят, обычно, не лучше наших.

– А украинские клубы – лучше? «Говерла», «Ильичевец» и «Металлург» (Донецк)?

– Ну, по плану там будет 9 украинских клубов. Уровень 5-6 из их очень адекватный. Не считая того, все они личные и там идет неизменный рост.

Мунтяну

– Представим, что у меня есть футбольный клуб. Я назову для вас несколько обстоятельств, почему, если Слуцкий, Черчесов и Карпин заняты, я не желаю нанимать других россиян. Во-1-х, познания. В Испании 46 школ тренеров по всей стране, в Рф – она одна.

– Я не знаю конкретно весь рынок. Но повторюсь: если ассоциировать отдельными спецами, познания – на равных. А время от времени познания наших тренеров превосходят.

– 2-ая причина – многие российские тренеры пьют. В ФНЛ на данный момент работает тренер, которого уже издавна считают многообещающим, но которого свои же игроки на тренировках повсевременно лицезреют под газом. Для чего мне таковой в команде?

– Если взять общую массу, то процентов 5, может, и пьют. Но 95 – не пьют. Во всяком случае – на работе. Они относятся очень пристально к этому делу. Но для чего для вас нанимать кого-либо из этих 5 процентов?

– 3-я причина – российские тренеры не знают зарубежного языка. Как он будет строить дела в моей команде, в какой половина основного состав не гласит по-русски?

– Да, это неувязка, которая не дает способности многим нашим тренерам работать за рубежом. Я им всегда говорю: «Ребята! Учите язык». Отвечают: «Времени нет», еще что-то. Вот Гвардиоле произнесли в «Баварии»: полгода – если не выучишь, договора не будет. Гласит он сейчас?

– И достаточно хорошо. А почему не молвят наши тренеры? Никто из перечня безработных, которых вы окрестили, не гласит на зарубежном языке.

– Но они-то работают тут. Ужаснее, когда к нам приезжает иноземцы и за пару лет не удосуживаются выучить хотя бы разговорную речь…

– Когда Мунтяну привез в «Кубань» 5 помощников, вы произнесли: «Не понимаю, для чего с собой тащить целый колхоз». А я знаю 1-го русского спеца, который тренировал «Локомотива», тоже привел с собой кучу ассистентов и брал с их процент от заработной платы...

– Я знаю такового тренера.

– Мы говорим об одном и том же человеке?

– Думаю, да. Не будем именовать его фамилию… Итак вот по поводу помощников: на данный момент иноземцы привозят и тех, кто уколы делает, и тех, кто мячи подает. Я согласен: когда человек приезжает в другую страну, один ассистент ему нужен. Но один – не больше.

Уткин

– Александр Бубнов именовал идею вашего налога «дебилизмом». Как вы на это отреагировали?

– Я на Бубнова не реагирую. Я помню его еще футболистом и как раз с того времени не реагирую. Специфичный человек, который может что желает сказать только бы пропиарить себя.

– Василий Уткин произнес: «Сейчас Наша родина может не выйти на чемпионат мира, если только назначить тренером Гершковича».

– Вася… У нас с ним давний разлад. Еще с того времени.

– С каких?

– С 1998 года. Когда он учавствовал в процессе, чтоб меня не назначили основным тренером сборной. Он был рупором Бышовца.

У меня был определенный опыт работы в сборной. Специфику ее работы я выудил. Сейчас уже поздновато, но тогда я был готов и итог был бы другой. 6 поражений не было бы точно.

– Давайте же ответим Василию. Если б для вас доверили на данный момент сборную Рф, вы вывели бы ее на чемпионат мира?

– На данный момент? Я издавна не практиковал. Но если б так случилось, уверен: Люксембург и Азербайджан мы бы точно обыграли.

Фото: РИА Анонсы/Хомич/Владимир Федоренко/Владимир Вяткин/Алексей Мальгавко/Игорь Уткин/Владимир Родионов

By cskvv

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *