Любимые футболисты нашего детства. Рой Кин Возлюбленные футболисты нашего юношества. Рой Кин

Прошло много лет и вдруг стало ясно, как просто было в детстве быть добросовестным – со знакомыми, с друзьями, с родителями и с своими представлениями о чудесном. Взор и сознание пускали в память только то, что нравилось по-настоящему – а именно, не надо было разъяснять для себя, почему возлюбленный игрок неплох не филигранной техникой либо необычным чувством свободного места, но мертвой цепкой и ожесточенными подкатами. Думаю, если бы сейчас я изловил себя на том, что мой возлюбленный футболист – Рой Кин, пришлось бы как-то оправдываться за собственный выбор. Сначала, перед самим собой.

Сейчас Кина наверное бы ассоциировали, а то и ставили в пример испанским и американским атакующим талантам. Дескать, вот этих юношей избрала судьба, а Рой хоть и не получил от природы столько, сколько получили они, зато взял свое решимостью и трудолюбием. Мне, но, кажется, что это не совершенно так. Мне кажется, Рой Кин был даровит от природы так же, как Месси и Зидан – просто незначительно в ином смысле. Не по-аргентински и не по-французски. По-ирландски.

Понятно, что в детстве Кин был очень многообещающим боксером. Выиграл все бои в юниорской лиге, но когда пришлось выбирать меж боксом и футболом, Рой, не задумываясь, избрал футбол. Позднее он произнесет, что боевая практика оказалась как раз кстати – он стал подвижнее, проворнее, научился никого и ничего не страшиться. Проф футбольные клубы поначалу не желали принимать Кина, гласили, что ему недостает роста. Чем он занимался? Обучался (плохо). Крал шоколад. Увлекался телесериалом «Соседи». Зарабатывал уборкой картофеля (заработал не только лишь средства, да и приобретенную травму спины). Гулял с собакой и писал нескончаемые письма в английские клубы, в ответ постоянно получая отказ. В конце концов, Кин все таки попался на глаза необходимым скаутам и скоро оказался в «Ноттингеме» у стареющего Брайана Клафа, а потом перебежал в «Манчестер Юнайтед» к Алексу Фергюсону. Что было далее, надеюсь, знают более-менее все. Не так и издавна прошло мое детство.

Кин как-то пошутил, что прогуливается по тренировочному полю с опаской – опасается спотыкнуться о ящик с гелем для волос

Символично, что практически вся карьера ирландца случилась под управлением 2-ух основных английских тренеров последних 30 лет. Не много кто затмил Клафа и Фергюсона в плане воздействия на британский футбол 90-х, с навесами и бесжалостным box-to-box’ом. В сопоставлении с премьер-лигой Касорлы, Маты и Сильвы таковой футбол смотрится несколько старомодным. Я точно знаю, что легионеры сделали британский футбол лучше. Я рад, что даже «Сток Сити» в этом сезоне старается дольше держать при для себя мяч. Но полюбил я конкретно ту Великобританию. Помню Дэвида Бекхэма. Всякий раз, когда он ставил мяч к угловому флагу, я ожидал, что на данный момент будет гол. Помню Денниса Бергкампа. Всякий раз, когда он получал мяч, я предвкушал какой-либо неописуемый фокус. Помню Майкла Оуэна. Всякий раз, когда он оказывался с мячом в штрафной, я ожидал четкого удара – и дожидался.

И помню Роя Кина. Не нужно было ожидать, что он получит мяч – веселье начиналось, когда он подбирался к игроку, получившему его секунду вспять. Увлекательнее всего было, когда ирландец шел в подкат – здесь могло случиться что угодно, прямо до красноватой карточки. В общем, если Бергкамп воспринимался как фокусник, то Кин был воякой. А кого в детстве не завлекала война? Ловлю себя на том, что толком не помню, отлично ли Рой пасовал. В памяти появляются совершенно другие образы – вот Кин машет руками, демонстрируя партнерам: нужно поднажать. Вот он стоит на поле, уткнув руки в бока, и сверлит демоническим взором кого-либо из конкурентов. А вот он подымается с газона и поправляет капитанскую повязку, пока арбитр лезет за желтоватой карточкой.

Из Роя Кина так и не вышло неплохого тренера – ранее меня это поражало, на данный момент не поражает совсем. У него всегда были трудности с налаживанием и поддержкой отношений – просто так как к другим он предъявлял такие же требования, как к для себя. Он недолюбливал Дуайта Йорка за легкомыслие. Он бранился с Шерингемом – бонвиван и кутила, Тедди мог пить всю ночь, а днем придти на тренировку и показать наилучший итог (он ведь к тому же доиграл до 42 – в общем, осознаете, почему партнеры окрестили Шерингема «Андроид»). Говорят, что он не общался и с Петером Шмейхелем. Кин пропустил женитьбу Дэвида Бекхэма («у меня был выбор меж женитьбой и походом в паб – паб победил»), разругался с Фергюсоном, за то, что тот не поддержал его в конфликте с тренерским штабом. Что касается современных футболистов, то их Кин, кажется, терпеть не может как класс. В годы работы с «Ипсвичем» ирландец пошутил, что прогуливается по тренировочному полю с опаской – опасается спотыкнуться о ящик с гелем для волос. Человек, чье имя звучит как два удара молотком, так и не научился идти на компромиссы. Бекхэм постарел, Бергкамп ушел в тень, Оуэн разлюбил футбол, а вот Кин, похоже, не поменялся совсем, разве что не стал появляться на поле.

Однажды я сделал вывод, что мои мемуары о детских пристрастиях делятся на четыре категории. Одни стараешься запамятовать как ужасный сон – хотя понимаешь, что был ребенком, а ребенку можно более-менее все. Другие хранишь в памяти, но относишься к ним скептически, несерьезно. Третьи проносишь в молодость, позже тащишь в юность, и всегда удивляешься, как в 5 лет смог осознать и принять нечто так принципиальное.

Человек, чье имя звучит как два удара молотком, так и не научился идти на компромиссы

Четвертые более ценны, но ценны каким-то особенным, с трудом поддающимся описанию образом. Как бы отлично понимаешь, что их перерос, но дорожишь ими так, что защищаешь от собственного же сознания. С Кином приблизительно та же история – мои представления о том, как должен действовать безупречный центральный полузащитник, очень поменялись, но образ Кина остается даже тогда, когда подкат вообщем воспретят как жанр. У меня есть книжка его мемуаров и всякий раз, когда мне необходимо сконцентрироваться на работе (на самом деле, это 300-страничный сборник мотиваторов), я открываю ее на хоть какой страничке и читаю первую же попавшуюся строчку. Вот, пожалуй, поступлю так и на данный момент. «Сила духа в нашей игре важнее, чем обычное мастерство».

Триумф испанской футбольной философии вынуждает не то чтоб совершенно отрешиться от этого суждения, но, по последней мере, не принимать его так серьезно, как ранее. Я уверен, что сейчас Рой Кин не стал бы моим возлюбленным игроком. Ну да, профессионализм, сумасшедший драйв, граничащая с сумасшествием жажда быть лучше всех – пфф, тоска зеленоватая, что он может противопоставить оторванности Златана от всех узнаваемых населению земли реальностей либо, например, феерии Марио Балотелли, давным-давно переехавшему из спортивных героев в общекультурные. Может быть, меня бы даже раздражала его чрезмерная серьезность. Отлично представляю, как убивал бы часы жизни, доказывая знакомым болельщикам «Манчестер Юнайтед», что Кин тянет их в прошедшее. Хаби Алонсо как-то произнес: если опорник идет в подкат, означает, за пару секунд ранее он либо его партнер сделали что-то не так. Так же решил и Алекс Фергюсон – в «МЮ» с того времени не возникало игрока, аналогичного Кину.

Фергюсон навряд ли жалеет, что агрессивного ирландца поменял хрупкий британец Кэррик – с ним «МЮ» выиграл четыре чемпионских титула и Лигу чемпионов. Кины вышли из моды – сейчас в моде кэррики. И я, вроде, понимаю, что в эру испанского господства Рой Кин навряд ли бы стал бы суперзвездой. Мне кажется, что в 2-ух проигранных «МЮ» «Барсе» лигочемпионских концах даже он оказался бы не у дел. И я очень люблю заниматься сопоставлениями прошедшего и реального не в пользу прошедшего, но понимаете, только не в случае с Роем Кином. Я помню, каким он был, я помню, что он был дико крут, и здесь бессильны даже резоны собственного разума.

Василий Уткин о Фернандо Шалане

Евгений Зырянкин об Олеге Блохине

Станислав Рынкевич о Ромарио

Миша Калашников о Кили Гонсалесе

Иван Калашников о Маттиасе Заммере

Дмитрий Длительных о Поле Скоулзе

Денис Романцов о Мише Еремине

Станислав Минин о Георге Хаджи

Акбар Мураталиев о Павле Недведе

Роман Счастный о Валентине Белькевиче

By cskvv

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *